chiudi

Aiuta Global Voices!

Per rimanere indipendente, libera e sostenibile, la nostra comunità ha bisogno dell'aiuto di amici e di lettori come te.

Fai una donazione

Il DJ uzbeko che vuole far diventare popolare la musica vintage sovietica

Screenshot dal canale YouTube di Hamdam Zakirov sulla musica vintage uzbeka e sovietica.

Le hit popolari sono spesso associate ad un momento specifico nel tempo e il concetto di musica vintage o retrò è diventato, grazie ai social media, una cultura a sé stante. Ciò vale anche per il patrimonio musicale sovietico e per saperne di più sui suoi fan, ho parlato con Hamdam Zakirov, un deejay della città di Ferghana in Uzbekistan, che ora vive in Finlandia dove gestisce il suo canale musicale YouTube, DJ Hem—Soviet Grooves from Helsinki.

L'intervista è stata modificata per brevità e stile.

Filip Noubel (FN): Come sei diventato un DJ di musica sovietica e qual è la ragione per il trasferimento dal tuo nativo Uzbekistan alla Finlandia? [ru, come i link seguenti, salvo diversa indicazione]:

Хамдам Закиров (ХЗ): В 1994 году я уехал из Узбекистана в Москву, где прожил 8 лет. В Финляндию я попал с женой  – москвичкой с финскими корнями. В Финляндии я с 2001 года, a собирать пластинки я начал лишь 5 лет назад. Как-то, лет десять назад, один финский коллега спросил, что я знаю о советском фанке. Я ответил, что такого не было и нет. В голове-то у меня, понятно, тут же заиграл Джеймс Браун. Я сказал тогда, что фанк – это такая сексуальная музыка, которой априори не могло быть в асексуальном Советском Союзе (не знаю, вспомнит ли кто из ваших читателей легендарную фразу участницы одного из первых телемостов, если верно помню, Москва — Нью-Йорк, которая заявила, что «в СССР секса нет»).

Мой товарищ утверждал обратное, и я пообещал поискать что-то в этом стиле. И нашел! Конечно, ничего такого, что напоминало бы драйв Джеймса Брауна, но очень много интересного джаз-фанка, диско-фанка и фанковых элементов в аранжировках.

Эту историю я вспомнил, когда начал собирать пластинки. Я прослушивал пластинки советских исполнителей, которые мне попадались, в поисках ответа на давнишний вопрос коллеги. В итоге, когда появилась возможность сыграть свой первый диджей-сет, у меня уже был готов солидный плей-лист.

Hamdam Zakirov (HZ): Nel 1994 ho lasciato l'Uzbekistan per Mosca, dove ho vissuto per 8 anni. Sono venuto in Finlandia con mia moglie, una moscovita con radici finlandesi. Vivo in Finlandia dal 2001, ma ho iniziato a collezionare vinili solo cinque anni fa. Circa 10 anni fa, un collega finlandese mi ha chiesto cosa sapessi del funk sovietico. Ho risposto che non c'era niente del genere. Nella mia testa, ovviamente, James Brown iniziò immediatamente a suonare. Gli risposi che il funk è una musica così sexy, che a priori non poteva esistere nell’ asessuata Unione Sovietica (Non so se qualcuno dei tuoi lettori ricorderà la leggendaria frase [en] di un partecipante a una delle prime teleconferenze, se ricordo bene, Mosca – New York, che disse: “Non c'è sesso nell’ URSS”). Il mio collega non era d'accordo e ho promesso di informarmi. E ho trovato qualcosa! Ovviamente nulla di simile all'energia e allo stile di James Brown, ma, in effetti, jazz-funk, disco-funk ed elementi di funk molto interessanti negli arrangiamenti musicali. Ho ricordato quella storia quando ho iniziato a collezionare vinili. Ho ascoltato attentamente i dischi di artisti sovietici in cui mi sono imbattuto, per trovare una risposta alla domanda del mio collega. Alla fine, quando ho avuto l'opportunità di suonare il mio primo dj set, avevo già una playlist solida.

FN: Dove suoni musica sovietica? E per chi? 

ХЗ: Первые мои сеты были дома, для тесного круга друзей. Но в январе 2016 года я познакомился с оргкомитетом фестиваля Tusovka, который проводится в Хельсинки с 1999 года. Этот фестиваль объединяет на одних площадках финских музыкантов с их коллегами из стран постсоветского пространства. В том году я сыграл свой первый публичный сет. И с тех пор я – хост-диджей фестиваля. Это очень почетно. Несколько раз я играл в узбекском ресторане. А один раз даже на свадьбе! ))) Моя аудитория – это, конечно, в первую очередь наши соотечественники. Но и финны, которым интересны теперь уже многочисленные государства за восточной границей.

HZ: I miei primi set erano a casa, per una stretta cerchia di amici. Ma nel gennaio 2016 ho incontrato il comitato incaricato di organizzare il festival Tusovka , che si svolge a Helsinki dal 1999. This festival merges musicians from Finland and from former Soviet countries over shared platforms. Questo festival riunisce musicisti finlandesi negli stessi luoghi con i loro colleghi dei paesi post-sovietici. Quell'anno ho suonato il mio primo set pubblico. E dal 2016 sono loro ospite, il che è un grande onore. Ho suonato diverse volte in un ristorante uzbeko e una volta a un matrimonio. Il mio pubblico è composto da ex cittadini sovietici, ma anche finlandesi interessati ai molti stati a est dei loro confini.

FN: Promuovi anche la musica uzbeka del periodo sovietico. Perché? 

ХЗ: У меня в коллекции полсотни пластинок узбекских исполнителей. В  начале этого года я решил наконец собрать узбекскую программу из композиций и песен, которые уже отметил для себя, потом углубился – в тексты, истории исполнителей, авторов песен, и решил, что правильнее сделать подкаст. На данный момент я опубликовал две части подкаста. Их можно найти на моём ютьюб-канале.

Когда в марте начался карантин, совпавший с праздником Навруз, я провёл свой первый онлайн диджей-сет, который состоял из по большей части узбекской эстрадной музыкой. Этот онлайн набрал более 2000 просмотров!

О любимых исполнителях: я нашел в сети несколько песен Батыра Закирова. И вдруг понял, что это были первые песни, которые я помню. Помню в том смысле, что 4-5-летним ребенком впервые вслушивался в слова. Можно наверное смело сказать, что “Седая любовь”, “Песня о счастье” повлияли на моё поэтическое творчество. Уже в старшем школьном возрасте я услышал и влюбился в группу “Оригинал”. Также хотел бы упомянуть, что в число любимых узбекских артистов я совсем недавно включил и Насибу Абдуллаеву. Две её первые пластинки начала 80-х – это уникальные, в каком-то смысле передовые для тогдашней узбекской эстрады аранжировки.

HZ: Ho circa 50 dischi di artisti uzbeki nella mia collezione. All'inizio di quest'anno ho deciso di selezionare un programma di musica uzbeka da brani che avevo notato, poi sono andato più a fondo nei testi, nella storia di ogni esibizione, negli autori delle canzoni e ho deciso che la cosa migliore da fare sarebbe stato un podcast. Per ora, ho caricato due parti del mio podcast disponibili sul mio canale YouTube. Quando è iniziata la quarantena a marzo, in coincidenza con la festa di Nowruz [it], il capodanno dell'Asia centrale, ho suonato il mio primo DJ set online composto principalmente da musica pop uzbeka. Ha ottenuto oltre 2.000 visualizzazioni!

I miei artisti preferiti: ho trovato online alcune canzoni di Batyr Zakirov [en], e all'improvviso mi sono reso conto che queste erano le prime canzoni che ricordassi, nel senso che all'età di quattro o cinque anni era quando stavo prestando attenzione ai testi per la prima volta. Probabilmente posso affermare che le canzoni di Zakirov “Седая любовь” [Gray Love] e“Песня о счастье” [Song of Happiness] hanno plasmato la mia poetica visione del mondo. Negli anni in cui ho frequentato la scuola superiore, ho sentito e mi sono innamorato della band  “Оригинал” [Originale]. Vorrei anche menzionare che ho aggiunto Nasiba Abdullayeva tra i mmiei artisti uzbeki preferiti. I suoi primi due dischi degli anni '80 sono adattamenti musicali unici e d'avanguardia nel contesto della musica pop uzbeka.

Ecco una playlist incentrata su altri grandi nomi della musica uzbeka sovietica, tra cui Batyr Zakirov:

FN: Come trovi i tuoi vinili? 

ХЗ: Сейчас у меня в коллекции порядка шести тысяч пластинок. Вначале я собирал всё, что слушал в разные периоды своей жизни. Со временем я стал меньше бегать по блошиным рынкам, и теперь выискиваю какие-то определенные пластинки или композиции. Новые издания я покупаю у производителей или в больших интернет-магазинах. Если это старые пластинки, то для их поиска существует несколько интернациональных площадок в сети. И хотя рекорд-лейблов становится больше, и всё больше альбомов, как новых, так и старых, которые издаются на виниле, пластинки зачастую выходят мизерными тиражами. Иногда это 200-300, а то и 100 экземпляров. Но и это не предел: у меня есть эксклюзивные издания тиражом 50 и даже 30 экземпляров.

HZ: Al momento ho circa 6.000 dischi nella mia collezione. All'inizio, ho raccolto tutto ciò che ascoltavo in diversi periodi della mia vita. Col tempo ho iniziato a passare meno tempo nei mercatini delle pulci e ora cerco dischi e canzoni molto specifiche. Compro nuove uscite dai produttori o dai grandi e-shop. Per quanto riguarda i dischi più vecchi, esistono diverse piattaforme online globali dedicate. E mentre ci sono sempre più etichette discografiche e sempre più album, sia nuovi che vecchi, che vengono pubblicati su vinile, i dischi spesso escono con tirature ridicolmente basse.A volte da 200 a 300 o anche 100 copie. And while there are more and more disc labels, and albums released, both old and new, discs often come out in ridiculously small prints. Sometimes 200 to 300, or even 100 copies. E non è nemmeno la cifra più piccola: ho alcune edizioni esclusive che sono state rilasciate in 50 o anche 30 copie.

Un negozio di strumenti musicali a Tashkent che vende sia tradizionali uzbeki che occidentali. Foto di Filip Noubel, usata con autorizzazione

FN: Ho notato nei tuoi video di YouTube che accenni alla bellezza della musica dell'era sovietica ma insisti che questo non ha nulla a che fare con la nostalgia per il sistema sovietico. Puoi spiegare [questo concetto]?

ХЗ: Часто мои слушатели среднего и старшего возраста начинают ностальгировать. И часто я слышу слова о том, какую, мол, прекрасную музыку (песни) исполняли в советские времена. Но в том-то и дело: то, что я использую в своих сетах и миксах – это лучшее из лучшего.

Все те композиции, которые я отмечаю для себя, которые использую в своих миксах и подкастах – это или удивительные, свободные от «советского» тексты, либо поразительные аранжировки, в которых музыканты умудрялись показать всё то лучшее, что они умели. А также знали – из современной им западной популярной музыки. Все эти их опыты и эксперименты, которые спустя 40-50 лет я обнаруживаю на старых пластинках, а потом в меру сил популяризирую среди своих слушателей, можно смело назвать героическими. Музыканты тех времен, как партизаны, преодолевали массу преград, стоящих на их пути и желании исполнять ту музыку, которую они хотели бы исполнять. Можно сказать, я воздаю должное их героическим усилиям.

В этом контексте интересно восприятие узбекской частью моей аудитории песен советских времен. Мне несколько раз говорили, что, мол, многовато песен на русском языке. Это такой интересный показатель двоякого отношения к советскому в нынешнем узбекском обществе. Но для меня нет значения на каком языке песня. Когда я готовлю свои программы, я смотрю прежде всего на тонкое и редкое сочетание глубины и профессионализма, исполнительского мастерства, креативности аранжировок, и в итоге – суммы всех этих вещей должны непременно вызвать какой-то отклик не только у узбека или человека жившего или бывавшего в Узбекистане, но у человека из любого уголка мира.
Ну, а насколько я это угадываю пусть судят слушатели. ))

HZ: Molto spesso i miei ascoltatori di mezza età o più anziani iniziano a provare nostalgia. Spesso ricevo commenti che dicono che durante il periodo sovietico gli artisti suonavano e cantavano musica e canzoni meravigliose. Ma il punto è che nei miei set e remix uso il meglio del meglio. Tutte le canzoni che seleziono e uso nei miei remix, set e podcast sono testi insoliti e privi dell'ideologia sovietica, o sono arrangiamenti musicali sorprendenti in cui i musicisti sono riusciti a mostrare il meglio del loro talento, la loro conoscenza della musica pop contemporanea e occidentale. Tutte le loro esperienze ed esperimenti che scopro 40 e 50 anni dopo su vecchi vinili, e diffondo tra i miei ascoltatori, possono essere descritte come eroiche. I musicisti dell'epoca, come i partigiani della guerra, superarono un gran numero di ostacoli per eseguire il tipo di musica che volevano suonare. Si può dire che rendo omaggio ai loro sforzi eroici.

A questo proposito, il modo in cui la parte uzbeka del mio pubblico si relaziona alle canzoni del periodo sovietico è molto interessante. Mi è stato detto più volte che uso troppe canzoni in russo. Questo è un segno del rapporto conflittuale che la società uzbeka contemporanea mantiene nei confronti della sua eredità sovietica. Ma per me, la lingua della canzone è irrilevante. Quando preparo il mio programma, presto attenzione soprattutto alla raffinata e rara combinazione di profondità e professionalità, l'arte dell'esecuzione, la creatività degli arrangiamenti musicali e, di conseguenza, la somma di tutti questi elementi deve innescare una sorta di risposta, non solo per un ascoltatore uzbeko, o una persona che vive o ha vissuto in Uzbekistan, ma per chiunque da qualsiasi luogo.

Ma lascerò che siano i miei ascoltatori a giudicare se ci sono riuscito o no!

Per saperne di più sui cambiamenti nella società uzbeka, clicca qui [it].

avvia la conversazione

login autori login »

linee-guida

  • tutti i commenti sono moderati. non inserire lo stesso commento più di una volta, altrimenti verrà interpretato come spam.
  • ricordiamoci di rispettare gli altri. commenti contenenti termini violenti, osceni o razzisti, o attacchi personali non verranno approvati.